История русской живописи Бенуа. Главная страница

Сайт "История русской живописи Александра Бенуа", на котором вы находитесь, является электронной версией исследований одного из самых крупных и значительных русских искусствоведов Александра Николаевича Бенуа На сайте можно прочитать краткую Биографию Александра Бенуа.

Изучением русской живописи и русского искусства Бенуа посвятил большую часть своей жизни.Сегодня его работы представляют не только историческую ценность, но и по прежнему остаются интересными, увлекательными и захватывающими "путесшествиями" в мир искусства. Текст написанный, прекрасным литературным русским языком а последовательность изложения позволит вам чётко понять те бурные события которые происходили в русской культуре сто и более лет назад.

Но этот сайт не просто перепечатанный текст книжки, мы постарались сделать уникальное электронное, красочное, интерактивное издание, которым удобно пользоваться. Большинство иллюстраций в данном издании это именно те картины которые Бенуа использовал в своих работах, только цветные, таким образом чёрно-белые иллюстрации из первоисточника заменены цветными. Мы стремились к максимально близкому соответствию нашей версии книги с дореволюционным изданием, созданным великим русским искусствоведом, поэтому данное издание можно с полной ответственностью назвать реставрационным.

Подробнее о работе Александра Бенуа "История русской живописи в XIX веке".

Книга о русской живописи, потребовала от Бенуа трех лет работы (весна 1899 — весна 1902 г.).

Несмотря на точность хронологических границ, определяемых названием, в книге они серьезно раздвинуты. Не ограничиваясь XIX веком, Александр Бенуа прослеживает эволюцию русской живописи нового времени на всем ее протяжении — за два столетия. Первая — ретроспективная часть — посвящена художественному наследию XVIII и первой половины XIX века. Речь шла в конечном счете о проблеме традиций в русском искусстве.

Начиная с 1860-х годов критика, отстаивавшая реализм в его тогдашнем понимании, не скрывала подозрительного, часто враждебного отношения к старой живописи. Борясь с Академией художеств и искусством салонных мастеров, она без колебаний выступала против всяческих традиций русской классики, перенося на них свою ненависть к современному академизму. Там, в XVIII и первой половине XIX столетия, виделись истоки казенной льстивости и фальши, начальные этапы движения искусства, равнодушного к народным нуждам, наконец, пагуба «иностранщины», влекущей за собой «рабский копиизм». Бенуа смотрит не только шире, но точнее. Используя материалы своих уже опубликованных статей, он проделывает серьезную исследовательскую работу, вводит немалое количество забытых и новых фактов и имен, а затем, решительно переставляя акценты, противополагает привычным взглядам восхищение живописной культурой русского прошлого. Эта часть книги во многом состоит из настоящих открытий.

С уважением всматриваясь в «первые шаги» отечественной живописи, автор как бы заново видит искусство петровской поры, любуется творчеством петровских пенсионеров И. Никитина и А. Матвеева. Затем в панораме развития резко выступают на первый план мастера портрета, и забытый Ф. С. Рокотов «открывает собою ряд отличных русских портретистов XVIII века и начала XIX, которыми мы вправе гордиться». Высшей точкой движения живописи целого столетия оказывается Д. Г. Левицкий, «один из самых превосходных живописцев всего XVIII века». Подвергая ревизии и отношение к искусству начала XIX века, Бенуа ставит вопрос об огромном значении венециановского восстания против Академии. Венецианов предстает не просто «отцом русского жанра», а подлинным реформатором в живописи, «предвосхитившим достижения Курбе, Милле и импрессионистов с их пленэром». Что же касается «школы Венецианова», то, описывая эту группу мастеров с особой трогательностью, даже нежностью, автор печалится о том, что они преданы забвению, и зовет к серьезному изучению «одного из важнейших явлений русского искусства». Здесь же серьезно разработанная история пейзажной живописи XVIII века, и разговор о мастерах пейзажа 1810—1830-х годов, среди которых — Сильвестр Щедрин, поставленный в ряд с Кипренским. Рассматривая К. П. Брюллова как оплот и знамя академической традиции, Бенуа с восхищением относится к А. А. Иванову, ставя «гениального художника-пророка» в центр художественной жизни целой эпохи; при этом он решительно предпочитает этюды и «библейские эскизы» мастера его знаменитой картине.

Русская школа живописи. Обложка книги.
Русская школа живописи. Обложка книги.

Подробнее о работе Александра Бенуа "Русская школа живописи".

Книга «Русская школа живописи», первые выпуски которой — превосходные издания большого формата, украшенные орнаментикой Лансере и Добужинского,— появились уже в 1904 году.

Здесь анализ живописи России XVIII—XIX веков ведется с точки зрения «школы», понимаемой как «общая работа для общей цели». Подобный подход сказывается на трактовке творчества ряда крупных мастеров, во многом не совпадающей с оценками в первой книге. Он принуждает, к примеру, положительно отнестись к Брюллову, признать, что Верещагину принадлежит «почетное место» в истории живописи, доброжелательно отозваться о Шишкине. Что же касается заключительной главы, характеризующей современную русскую живопись, то страницы ее буквально испещрены такими «поправками» 43.

Может показаться, что обе книги эти, по своему материалу и жанру относящиеся к исторической науке об искусстве, лишь косвенно связаны с деятельностью Бенуа-критика, да и с русской художественно-критической мыслью вообще. Это не так. Заключительные их разделы посвящены текущей художественной жизни России (так строятся в эти годы и близкие по теме труды других авторов, характеризуя определенную стадию развития русского искусствознания, когда окончательного обособления художественной критики от истории искусств еще не произошло). С другой стороны, менее всего похожие на холодно объективное исследование кабинетного ученого, спорящие друг с другом, они своеобразны как раз сращением исторического исследования с принципами нового искусствопонимания и художественной критики, теми самыми, что рассыпаны в статьях Бенуа в дягилевском журнале. Автор — активнейший художник рубежа XIX—XX столетий, выступая от имени целой группы мастеров, дает здесь свою развивающуюся концепцию современного искусства, спроецированную на прошлое. Вот почему значение во многом спорных книг Бенуа не ограничивается тем, что ими зачитывалось целое поколение русской интеллигенции, что они были предметом бурных обсуждений, ни тем, что почти вся позднейшая литература о русской живописи неминуемо восходила к ним, опираясь на оценки и «приговоры» Бенуа либо полемизируя с ними. Книги эти послужили культивированию нового — эстетического — направления русской художественно-критической мысли, ставившего главной своей задачей анализ мастерства, стиля, индивидуального почерка. Они служили формированию мирискуснического типа «писателя об искусстве» вроде Грабаря или Яремича — широко эрудированного художника, живо интересующегося разными областями творчества и уверенно вторгающегося в них. Они подводили под русскую критику новый историко-художественный фундамент.




Рейтинг@Mail.ru